Одна, но пламенная страсть Леонида Качалкова

Одна, но пламенная страсть Леонида Качалкова

Леонид Качалков – личность уникальная и неординарная. Хотя, казалось бы, что можно найти уникального в человеке, который считается успешным бизнесменом, директором обычного (на первый взгляд) автосервисного комплекса. Бизнесменов (в том числе и успешных) у нас не так уж и мало, автосервисных станций тоже. Но…

Но найти личность, в характере которого доминирует такая черта, как УВЛЕЧЕННОСТЬ – не так-то и просто. Леонид Иванович безумно любит спорт, особенно хоккей. Мне как-то довелось выбираться с ним из Бердска в тот день, когда играли «Сибирь» и «Авангард». До начала игры оставались считанные десятки минут. И вот тут-то я впервые ощутил на своей шкуре, что такое скорость, и что такое, когда за рулем настоящий профи. Пробок для его джипа просто не существовало. На хоккей примчались тютелька в тютельку. Правда «Сибирь» тогда, к сожалению, «продула».

Но самым большим его увлечением, я бы сказал даже страстью – являются автомобили и мотоциклы. Причем, не супер-новые, с немыслимыми наворотами, а раритетные «ретро». И, конечно, знаменитое на весь мир ралли на раритетных автомобилях Пекин – Париж, ну никак не могло промчаться мимо него — Леонида Качалкова. И для некоторых участников этого пробега встреча с новосибирским знатоком автомототехники стала, если хотите, даже «поворотной» в их «раллийной» судьбе.

— Леонид Иванович, какие машины вам пришлось фактически вытаскивать «с того света»?

— К нам на обслуживание прибыли четыре автомобиля – это «Форд» (Ford Model A Raodster) 1931 года выпуска – члены экипажа Джеральд Эшер / Мартин Рид; «Рилли» (Riley 16) 1937 года – члены экипажа Рой Вильямс / Эндрю Дэвис; «Элвис» (Alvis Speed 20) 1933 года – члены экипажа Хорст Фридрихс / Герхард Люкс и «Ситроен» (Citroen Traction Avant)1939 года выпуска – члены экипажа Олаф Петховен / Робертс Ван Ден Берг. Все они из второй группы. Дело в том, что участники ралли были разделены на три класса: первая группа – это автомобили, выпущенные до 1921 года, вторая – до 1941 года и третья – до 1961 года выпуска. Все четыре машины, прибывшие в наш автомобильный комплекс, фактически уже «финишировали» в Новосибирске, так как двигаться дальше просто физически не могли. Но мы их реанимировали.

— Насколько я знаю, для этого специалистам вашего автокомплекса пришлось вручную делать такие детали, каких в природе уже не существует…

— Да, по сути, нам пришлось их восстанавливать, изготавливать вручную. Дело в том, что есть метрические меры, есть и дюймовые. Проблема заключалась в том, что когда участники ралли пробивались через пустыню Гоби в Монголии, у многих автомобилей от вибрации стали рассыпаться подвески, откручиваться и теряться гайки. А приехали они в страну, то бишь Россию, где используются метрические резьбы, а дюймовых у нас просто в природе не существует. Один из англичан от умиления даже расплакался, когда мы смогли ему изготовить на наших станках гайки именно с дюймовой резьбой …

Вторая проблема заключалась в том, что у многих «рассыпались» рессоры. А изготовить рессору (ее коренной и подкоренной лист) очень сложно. Это мог сделать вручную только кузнец. Что нами и было сделано.

Да и другие некоторые детали пришлось изготавливать заново. Рюдигер Хорст Фридрихс был просто восхищен, что все операции мы сделали буквально за одну рабочую смену — за восемь часов. Ведь, по его словам, чтобы изготовить рессоры, например, в Германии, ему пришлось бы заключить специальный контракт, где заказ по срочному тарифу был бы выполнен за… 30 дней.

— То есть, по существу, понадобилось проводить уникальные авто-операции …

— Я бы сказал, что пришлось делать не просто операции, а производить комплексное обслуживание автомобилей. То есть не просто мы устраняли какие-то поломки, а фактически заново, причем в полном объеме, готовили автомобили, которым предстояло пройти еще свыше пяти тысяч километров до Парижа. А из Новосибирска им предстояло двигаться в Омск, затем Екатеринбург, Москву, Петербург, страны Прибалтики, Польшу, Чехию, Германию, Францию. И участники ралли, конечно, были приятно удивлены нашей высокой квалификацией, нашими знаниями.

— А какие были наиболее характерные поломки…

— Наиболее характерные – подвески просто рассыпались от езды по бездорожью. Понято, что это Монголия; понятно, что это пустыня; понятно, что в Монголии – сервиса ноль. И когда немцы въехали на территорию нашей горячо любимой родины, они воскликнули: «О, у вас супер-ровные дороги!».

Последний автомобиль, который к нам заходил – это был «Ситроен» 1939 года выпуска. Этот бедолага половину территории Монголии ехал на прицепе. Затем на границе Алтая его перегрузили в КамАЗ, договорились с водителем, который и доставил автомобиль в Новосибирск. Именно наш город считался ближайшим контрольным пунктом, где участники ралли, согласно специфическим правилам раллийного спорта, должны были отметиться…

Вы бы видели их лица, когда мы им этот автомобиль реанимировали! Они были просто счастливы, так как до нашей встречи думали, что для них ралли уже закончилось. И вот они со скоростью 145 км в час поехали догонять пелетон, который уже держал курс на Париж…

Да что там говорить, мне самому, как техническому знатоку, было приятно видеть, как вновь оживают автомобили. А когда по Димитровскому мосту старые машины неслись со скоростью 140 км в час в сторону гостиницы «Сибирь», обгоняя водителей современных авто, у некоторых из них от удивления отвисала челюсть.

— Машины были с исключительно старыми движками или допускались какие-то доработки?

— Если и были какие-то доработки, то только минимальные. Например, в подвеске допускалась установка современных амортизаторов. Или если, допустим, раньше в двигателе был один карбюратор, можно было устанавливать и спаренные карбюраторы. Кстати, из Пекина стартовали 143 машины, а в Новосибирске их было только порядка восьмидесяти… То есть процентов 35 умерло на бескрайних просторах пустыни Гоби славной Монголии.

— А почему именно к вам обратились владельцы этих четырех автомобилей?

— Понимаете, у нас в городе, конечно, есть и «крутые» автокомплексы. И первым делом участники ралли обратились в «Автоленд». Понятно — это крупнейший мегамаркет с мультибрендовыми продажами. Он считается лучшей базой технического обслуживания. Но автолендовцы отказались делать то, что в итоге сделали мы. По крайней мере, я точно знаю, что туда заезжали два автомобиля «Форд» (Ford) и «Бентли» (Bentley). Машины там разобрали, посмотрели что к чему, а затем сказали: нет господа бароны и лорды, мы вам ничем помочь не сможем. В конечном счете, они обратились к нам после рекомендации Хорста Фридрихса, который ехал на «Элвисе». Кстати, «Элвисов» практически вообще не осталось. В мире их насчитывается, по-моему, машин девять (но точно — меньше десяти). Это английская фирма, которая во времена первой и второй мировой войны выпускала военную технику – танки, другую спецтехнику. Сейчас автомобилей этой фирмы — «Элвис» вообще не выпускается, как, впрочем, и «Рилли». Есть «Форд», «Ситроен» есть… А «Рилли»… Таких автомобилей сейчас нет.

— Вы впервые столкнулись с подобными автомобилями?

— Отчасти, да. Правда, в прошлом году к нам с механическими проблемами двигателя внутреннего сгорания заезжал «Порше» (Porshe). Как водится, владелец машины сначала обратился в новосибирский сервисный центр Porshe, где ему сказали: «Мы можем только снять этот двигатель и отправить обратно в Германию заводу-изготовителю, который пришлет новый двигатель…». Хозяин посчитал, и пришел к выводу, что для него это будет тяжелая финансовая операция. И опять же, пользуясь слухами, о том, что в «Атоме» могут реанимировать моторы сложные в техническом исполнении, обратился к нам. И мы отремонтировали его машину. Правда, нам пришлось закупать некоторые фирменные запчасти, например, поршневую. Но, тем не менее, хозяин «Порше» уже где-то около года ездит и ничего, не жалуется. Не забывайте, значительно при этом сэкономив.

— Вопрос на засыпку. Состав автовладельцев был более чем необычен: аристократы – лорды, принцы, баронеты… Почему вы денег с них не брали за обслуживание?

— Да, там были достаточно состоятельные люди. Ведь стоимость отдельных авто исчислялась не сотнями, а миллионами долларов. Это и есть стоимость настоящего раритета. Например, «Мерседесов» 1906 года выпуска сохранилось в мире штук пять.

Что же касается, почему мы денег не брали, хотя слышал, что на других СТО делали не «за спасибо». Просто я сам занимаюсь автоспортом, и знаю, как тяжело участвовать в ралли. Ведь автоспорт – это не просто старт в точке А и финиш в точке Б. Это долгие бессонные ночи, это страшное напряжение и моральное и физическое, это и автосервис, это и поломки. И то, что люди поехали из Пекина в Париж – это точно героический поступок, даже на машинах 1961 года выпуска.
Завтрак, а вместе с ним обед и ужин, ралли-аристократов.
Кстати говоря, о тех людях, которые попали к нам на станцию техобслуживания. Фридрих на «Элвисе» в общем зачете прибыл в Новосибирск на пятом месте. А после того, когда обслужили его автомобиль, мы в шутливой форме предположили, что он должен прийти первым. «Абсолютно верно, — согласился он. — Я должен прийти первым после того, что вы сделали с моей машиной…»

Там впереди него шел какой-то соперник на «Шевроле» (Chevrolet Fangio Coupe) с подвеской, сделанной специально для бездорожья. Так вот, и мы Фридрихсу реанимировали подвеску. Еще у него были специальные продольные спецтяги для улучшения курсовой устойчивости автомобиля – а они отвалились. Мы их снова установили. И после этого он сказал: «Это – супер! Я должен прийти первым…».

— А у нас в Новосибирске много раритетных авто?

— Не очень много, но имеются. Начнем с того, что есть новосибирский автомотоклуб, его директором является Николай Владимирович Строганцев. Скажем так, есть автомобили, которые можно отнести с большими оговорками к разряду раритетных. Ведь чем ценится раритет? Своей первозданностью – от шайбочки, винтика до стоп-сигнала. Я сам владелец раритетной машины – у меня есть ГАЗ-67 1946 года выпуска. Это действительно раритет. Я его восстановил именно в первозданном виде. У меня даже тормоза механические на троссах. Кстати, мне Строганцев говорил, что в России он не видел ни одного ГАЗ-67 с такими тормозами, ведь все переделывают на гидравлику. А я все восстановил – до последнего винтика. Это настоящий «газик», на котором с сорок первого по сорок пятый деды наши воевали. Тоже приходилось многие детали изготавливать вручную заново. И машина нормально передвигается.

Кроме ГАЗ-67 владею и тремя раритетными мотоциклами. Два из них Harley Davidson-WLA42, выпущенные 1942-44 годах. Это грубая армейская модель, которая могла двигаться на бензине, дизельном топливе и даже спирте. Я попробовал «Харлей» заправлять всеми этими видами горючего – все потребляет удовлетворительно. Только динамика чуть-чуть меняется. В общем, всеядное техническое средство. Есть также «ИРБИТ» 1961 года выпуска…На самом деле – раритет – это очень дорогое удовольствие…

image-01-03-14-22-36-22

— Раритет раритетом. А катаетесь-то на нем?

— Конечно! И получаю безумное удовольствие! Это неописуемое чувство, когда передвигаешься на раритете и ловишь на себе взгляды горожан. Многим ведь действительно раритетная техника очень интересна. Когда я был на площадке перед гостиницей «Сибирь», где припарковались гонщики ралли – я увидел там просто колоссальное количество горожан. А фотокорреспондентов — вообще не счесть! Причем я знаю всех фотомастеров: кто-то любит снимать природу, кто-то занимается репортерской работой, кто-то портретист – но все они были здесь! И все они снимали эти машины…

— Вот когда в раритетную машину заглядываешь, чувствуется дух времени?

— Еще какой! «Форд» «Рилли» и «Элвис» – эти автомобили-кабриолеты, вообще без крыши. Раллийщикам можно было спрятаться от знойного солнца, ветров и дождя Монголии только под плащами, фуражками. Поэтому и одежда у многих из гонщиков соответствовала тому времени: какие-то кожаные кепки, потертые очки, краги…

— Леонид Иванович, а сами-то хотели бы принять участие в подобном автопробеге?

— Да я об этом мечтаю! Мы даже намекали «автомобильным капиталистам», что ежели они будут подавать в оргкомитет заявку на очередное ралли, мы бы с удовольствием приняли в нем участие. И вышли бы не просто для участия, а для того, чтобы победить!